Торжество православия в сознании героя романа «Сатир и крест» Адольфа Эрса

Борис Инфантьев

         Для чепухи нет времени: горожанину здесь может стать скучно, но у пахаря в поле за плечами блестят крылья. Колыбель его — земля, от нее он рождается, в нее ляжет».
         Монахи пели: «Да возрадуется душа твоя». Грант понял великую тайну, великую любовь в этом песнопении. Понял — кто много страдал, тому много прощается».
         «Да здравствует твой дух», — в роскошных сводах кафедрального собора раздалось из сотни уст. Молодой монах читал Евангелие. Его уста были созданы единственно для прославления Господа; созданы как у ангелов, которые изображены были в куполе собора. Его глаза, как две жемчужины утренней росы, скрывались в тени век. Грант вспомнил, что и он однажды был, как этот юноша, и теперь тоже от него он не так далеко. Вся жизнь у него еще впереди. В окне небеса высокие и синие. Там порхали ласточки.
         Богомольцы — пожилые мужчины и женщины — стояли на коленях и слушали Евангелие. Шли причащаться. Грант мог только сказать: «Господь меня благословил», — других молитв ему не нужно было. И причастие, как он чувствовал, — он принял — весеннее вино и хлеб земли.

                                                      Грант в монастыре
         «Он аккуратно посещал молитвенные и молебные часы в соборе, они имели свое определенное время, начинались перед восходом солнца и заканчивались после захода солнца. Церковь должны были посещать все. И обыкновенная монастырская пища: рыба, хлеб, гречневая каша без мяса — его мысли делали легкими. Москва и Рига, казалось, были сто лет назад.

                                                 Поучения брата Порфирия
         «Мир потерял тайну. Тогда, когда пришел материализм с научной философией, золотом, сталью и химическими фабриками, казалось, мир потерял все, потерял идеализм и стал банальным. Новые идеалы мир ищет напрасно, он их не найдет, веря только в реальное, не вырвавшись из прекрасной мечты. Для натурализма идеалы святы. Мы единственно остались хранителями тайны. Мы знаем и тайну сохраним, пока не придет Его царство. Мир от Него отступил, забыл красоту фантастической выдумки, которая одна может спасти душу от гибели в узких формулах пирата. Мир забыл Отца и Сына и Святого Духа, символы небес и Ада, толкуя их слишком научно и прямо. Утратив вечную жизнь, которая создала бесконечную грусть человека и страдания, мир опять впал в пессимизм и потерял и любовь к жизни, и вместо настоящей, вечно неиссякающей радости искали успокоение в развлечениях, которые не рождены из самых великих глубин человека. Подлинная сущность фантастических символов самим псевдопророкам не была понятна, поэтому они тайну показывали так изученной, что никто этому больше не мог верить. Была неизбежна эпоха неверия, и человечество откололось от церкви, находя там ложных проповедников. Тайну потеряли, и Власть присвоил Сатана рационализма. Мир стал повседневным — настала эпоха дьявола и человеческих идей с самыми бедными мыслями и самыми пустыми мечтами. Душа человеческая еще с той поры полна и ищет спасения. Прежде чем думаешь о том, чтобы остаться здесь, проверить себя, убедись, что собственно сюда пригнало и есть ли надежда здесь найти то, чего ты алчешь.
         За правду и за истребление страданий борются и другие новые пророки — только их пути к цели не приведут, ибо они борются орудиями разума, не духа. Изменение условий не может выгнать из человека зверя, который никогда не позволит господствовать правде. Христос к правде проповедовал другой путь: он изгнал из человека зверя — черта и всем надо было стать братьями, которые сказали бы — что мое, пусть будет и твоим, даже самому меньшему брату пусть не придется страдать, я все хочу отдать, и ничего не требую, ибо мы братья во Христе. Христос не знает ваших слов — все или ничего, в которых кроется большая ложь. Для Христа самый большой подарок — вес большой благодарности, только мытарь и самый младший с детским сердцем спасен. Вы же приходите к нам, но не знаете, почему. В вас еще слишком много светского; чтобы вы знали — ваше время еще не пришло. Вы приходите потому, что боитесь мировой скорби. Но разочарованных в жизни, которые приходят как дети, мы не смеем не принимать, но и не показывать их подлинную истину, которая для них может стать потрясающей из-за своей простоты. Они слишком слабы, чтобы выдержать большое отчаяние, и чрезмерно незначительны, чтобы увидеть Его. Вам, кто всех идолов разбили, еще преждевременно приходить сюда, ибо Его царство еще не приблизилось. Здесь вы не найдете нигде. Тайну храним только мы и те немногие, ибо и среди нас существуют самые темные незнающие, знают только те, кто отказались от мира совершенно».