Гуманитарный семинар SEMINARIUM HORTUS HUMANITATIS: философия, история, образование

Совсем недавно Риге отмечала свой 800-летний юбилей... Этот замечательный город, который сложился как крупный торговый и административный центр еще в эпоху феодализма, будучи в составе ганзейских городов, играл важную роль посредника в области торговли русского северо-запада и Западной Европы. Об этом свидетельствуют письменные документы, хранящиеся в Латвийском историческом госархиве. Принимая во внимание древность хранящихся в нем материалов, их историческое и научное значение, Латвийский историчесий госархив (LVVA) можно поставить в один ряд с самыми известными архивами Восточной Европы (Московским архивом, архивом Санкт-Петербурга, архивом Казани, архивом Новгорода), принимая во внимание древность хранящихся в нем материалов и их историческое и научное значение. Одним из таких документов является Рижская долговая книга (Rigische Schuldbuch) конца ХШ – начала Х IY века. Эта книга содержит около 2000 записей о различных торговых сделках. Зафиксированные в ней имена договаривающихся сторон указывают на их немецкое, русское или латышское происхождение. Русские и латышские имена встречаются также в цеховых списках, указывая на ремесленников и рабочих, тогда как немцы входили в состав городской администрации и были крупными торговцами, что показывает, каким был состав городского населения Риги в то далёкое время. Несмотря на то, что Рига была «немецкой», в ней уже в XIII веке существовал особый Русский конец с Русской улицей (сейчас - между улицами Смилшу, Екаба и Трокшня), где находились торговые склады, церковь и кладбище, а за городской чертой находилась Русская деревня. В Рижской долговой книге находим около 400 записей, указывающих на сделки с русскими купцами. Среди них есть постоянные жители города, владеющие недвижимым имуществом и приехавшие из Пскова, Полоцка, Витебска, Копорья, Суздаля, Режицы (Резекне), Икскюля (Икшкеле), Кукейноса (Кокнесе) и т.д. В архиве Риги имеется немалое количество торговых деловых документов XIII – XVII веков, которые являются свидетельствами оживлённых экономических и политических связей между северо-западными русскими землями и Ригой – крупным торгово-административным центром Прибалтики. Эти памятники представляют собой, с одной стороны, договорные грамоты, т.е. официальные документы государственного уровня, с другой – послания отдельных лиц по вопросам как государственного, так и частного порядка.

Большой интерес вызывают те древнерусские рукописи, которые сосредоточены в коллекции «Moscowitica-Ruthenica». Целый ряд этих памятников напечатан в сборниках научно-исследовательского характера. В этой связи хотелось бы упомянуть имена известных учёных прошлых времён - К. Напиерского, И. Срезневского, А. Соболевского, С. Пташицкого, С. Обнорского, С. Бархударова, Л. Гоетца, Фр. Г. Бунге, Х. Хильдебрандта. Из ученых Латвии архивными материалами активно занимались М. Семенова, Н. Боголюбова, Л. Немцева, Е. Муравская.

Некоторые из памятников включены в вузовские учебные пособия по Истории русского языка, т.е. в хрестоматии и исторические грамматики, поскольку являются визуальной демонстрацией особенностей древнерусского языка на всех его уровнях. Они отражают изменения, связанные с усовершенствованием грамматической структуры на определённых этапах, диалектные черты и общие тенденции развития языка как социального явления. В качестве одного из наиболее ярких примеров можно назвать старейшую рукописную Грамоту князя Мстислава Давидовича с Ригою и и Готским берегом, датированную 1229 годом. Материал грамоты заслуживает названия «хрестоматийный», т. к. приводится в хрестоматиях по истории русского языка, предлагаемых в качестве вузовских учебных пособий (под ред. С. Обнорского и С. Бархударова и под ред. И. Василенко) и определённым образом проанализирован в соответствующей учебно-научной литературе. Однако столь счастливая участь постигла далеко не все уникальные документы, хранящиеся в архиве Риги. Например, Грамота Новгородского посадника Александра Фоминича (около 1400 г.), которая по фотографическому снимку приводится только в «Хрестоматии…» под редакцией С. Обнорского и С. Бархударова, сопровождается лишь кратким – в 2 строчки – примечанием относительно диалектной новгородской черты (цоканья).

Остаётся лишь признать, что в научной литературе до сих пор нет работ, которые бы давали полное представление о древнерусских памятниках, хранящихся в рижском архиве: имеется в виду отдельное их издание с подробным описанием, которое бы включало исторический комментарий и лингвистический анализ. Поэтому хотелось бы надеяться, что учёные еще скажут свое слово, поскольку эти архивные документы являются уникальными свидетельствами обширных контактов Риги с древними русскими городами и, кроме того, представляют собой исключительную ценность с лингвистической точки зрения, в частности, в плане отражения диалектных черт русского северо-запада.

В связи с этим хочется обратить внимание на наимение исследованные памятники из коллекции «Moscowitica-Ruthenica ». К ним относятся 19 недатированных грамот ХVI – ХVII веков. У нас пока не имеется сведений относительно изданий этих грамот. По содержанию и стилю эти памятники являются деловой перепиской экономического и юридического характера, ведущейся на высоком официальном уровне, поскольку касается таких лиц, как ратман, посадник, бурмистр, пан, воевода или священнослужитель (архиепископ). Послания направлены в Ригу из Пскова, Витебска, Полоцка, Смоленска и Вильны.

Значительную часть материала составляют просьбы об урегулировании торговых дел и юридические разбирательства (судебные тяжбы). Документы содержат свединья о конкретных исторических лицах и событиях, которые, возможно, могут быть обнаружены и в других рукописных свидетельствах. Например, встречаются имена таких известных деятелей, как архиепископ Герасим, князь витебский Михаил Иванович, наместник витебский Юрий Глебович, витебский войт Федор Григорьевич и т.д. Наряду с этим упоминаются и обыкновенные люди: купцы, мещане, мастеровые и работники (слуги). Примечательно, что дважды в полоцких грамотах, направленных от купцов и бурмистров рижскому ратману, содержатся жалобы на некоего Гармана, недобропорядочного немецкого торговца, поставлявшего некачественный товар, в частности Ходору Матфееву. Так что, в известной, степени его тоже можно обозначить как лицо «историческое».

Как показывает анализ структуры текста, в основе записи лежит языковая формула-клише, т.е. начало и конец грамот носят стандартный характер и отмечены сходством конструкций. Наиболее распространенным типом зачина и концовки является благословление и пожелание всех благ рижскому адресату. Причем чаще всего в приветствии содержится пожелание здоровья и выражение приязни. К примеру:

Рад слышу вашае милости здоровье и детей ваших також… Грамота князя витебского Михпила Ивановича (о злотаре Мокее).

…приятелям нашим паном ратманом и бурмистром и рядцам места ризького поклон иприязнь… Грамота от Юрия Глебовича, наместника витебского.

…о здоровивашем милости ради слышим… Грамота приятелем и суседом паном бурмистром и рядцам места рискаго от бу(р)мистры и рядцев места полоцкого.

От войта витебского Федора Григорьевича и от всех мещан витебских приятелем нашим князем ратманом бурмистром места ризкого челом биет о здоровьи вашое милости… Грамота витебского войта Федора Григорьевича рижским ратманом.…верная приязньздоровьевашей милости… Грамота витебского войта Федора Григорьевича в Ригу (о возвращении товаров погибшего мещанина Ходинова его жене).

Очевидно, что эти материалы отражают в основном активность торгово-экономических отношений, которые складывались в период с Х V I по Х VII век.

Огромнейшую историческую ценность представляют еще более ранние документы, т.е. рукописные материалы на древнерусском языке Х III – Х IV веков. Именно этот период в истории русского языка отмечен интенсивностью целого ряда знаменательных процессов, последствия которых привели к перестройке его фонетической системы и вызвали значительные изменения на других языковых уровнях. Поэтому ценность упомянутых рукописных документов заключается не только в самом факте их древности, но и в отражении многих языковых изменений. Именно одновременное присутствие «отмирающих» и «зародившихся» норм является уникальной иллюстрацией действия эволюционного языкового механизма.

В архиве насчитывается 13 грамот Х III века (5 смоленских, 5 полоцких и 3 новгородских) и 15 грамот Х IV века (6 новгородских, 8 полоцких и 1 псковская). Следует отметить, что смоленские грамоты первой половины Х III века отражают интересы трёх княжеств: Смоленского, Полоцкого и Витебского. Во второй половине Х III века Полоцк и Витебск вошли в состав Великого княжества Литовского. Поэтому полоцкие и витебские грамоты иногда пишутся от имени Литовских князей. Смоленску удалость сохранить свой суверенитет, однако смоленские грамоты Х IV века в Рижском архиве не сохранились. Этот исторический период был ознаменован целым рядом перемен в системе древнерусского языка, т. е. становлением и закреплением новых норм и отмиранием старых. В указанных грамотах старые и новые формы, соседствуя и «соперничая» друг с другом, особенно ярко демонстрируют себя на фонетическом и морфологическом уровнях. Т. о. образом в этих уникальных источниках сохраняется отражение живой истории языковых явлений.

В этих документах отражен процесс формирования современного «облика» ру c ского языка, поэтому многие из перчисленных материалов периодически включались в хрестоматии по истории русского языка, хотя не всегда сопровождались историко-лингвистическим комментарием. Однако имеются и такие, опубликование которых в специальной или научной литературе еще только предстоит и подробное исследование которых ожидает своего часа. В связи с этим хотелось бы выделить, в первую очередь, три полоцкие грамоты второй половины Х IV века, которые наименее исследованы и, по нашим сведениям, не включены ни в хрестоматии, ни в учебные пособия. Это - Грамота полоцкого епископа Феодосия в Ригу об отправке им священника для Рижской православной церкви, Грамота воеводы полоцкого Прижкинта к магистру Курляндскому и Рижскому с просьбой отпустить на поруки трёх человек, Грамота наместника полоцкого к ратманам рижским о правильности веса.

В заключение хочется отметить: уникальность этих рукописей заключается в том, что мозаика воплощенной в них картины, при всей своей пестроте и многообразии, свидетельствует о поиске языком более совершенных форм и выражений, отражающих развитие человеческой мысли.

Примечание:

Во избежание сложности восприятия текст грамот передаeтся современным шрифтом, титла и другие надстрочные знаки не обозначаются и не раскрываются; надстрочные буквы вносятся в строку.